Экс-аким города Кызылорды Нурлыбек Налибаев не решил проблему занятости в области
Выражать сомнения в правильности назначения Нурлыбека Налибаева первым заместителем председателя правительства РК, как и в обоснованности других такого рода кадровых решений, принимаемых в Астане, нет смысла. Да и, по большому счету, не наше это дело: у Ак-орды своё видение, свои соображения и задумки, которые нам неизвестны. Речь о другом – об адекватности оценок деятельности высокопоставленных чиновников, особенно глав регионов, из когорты которых и выдвинулся новый первый вице-премьер.
Сразу после обнародования указа о его назначении как грибы после дождя стали появляться комментарии, в массе своей хвалебные – «сильный управленец», «один из лучших акимов в стране», «за короткий срок поднял Кызылординскую область» и т.п. Обществу как бы внушалось, что Нурлыбек Налибаев более, чем другие, заслужил карьерное повышение. Да, были и такие авторы, преимущественно жители самого региона «№11», которые критично высказывались о теперь уже бывшем своем акиме, но их голоса потонули в хоре славословий. При этом почти все отзывы основывались на личных эмоциях, на сугубо субъективных ощущениях – так у нас бывает всегда, поскольку отсутствуют четкие и понятные всем критерии.
Конечно, у Ак-орды есть своя система оценивания деятельности глав регионов, их эффективности – KPI. Но она широкой публике неизвестна плюс, судя по всему, достаточно сложна, даже громоздка, и потому в ней немудрено запутаться. Но вряд ли ошибемся, если скажем, что основными критериями и для центральной власти, и для жителей территорий являются темпы экономического развития (рост валового регионального продукта, увеличение налоговых сборов, поддержка малого и среднего бизнеса, привлечение инвестиций), социальное самочувствие населения (уровень доходов и платежеспособности, занятость, создание новых рабочих мест), состояние инфраструктуры (ЖКХ, дороги, школы, больницы и т.д.).
Что же показывает с этой точки зрения официальная статистика, взятая в динамике за тот период, когда низовьями Сырдарьи управлял Нурлыбек Налибаев? Напомним, что руководить областью ему доверили в апреле 2022-го – он сменил Гульшару Абдыкаликову, первую и пока единственную в истории Казахстана женщину, возглавившую целый регион (она занимала эту должность два года, которые пришлись на тяжелейшее время борьбы с пандемией). Ранее на протяжении восьми лет, с 2013-го до 2021-го, Налибаев, уроженец тех краев, был акимом города Кызылорды, соответственно времени на знакомство с областью, на адаптацию, на раскачку ему не требовалось – всё и всех он там хорошо знает.
Основополагающий макроэкономический показатель – объем валового регионального продукта. Если в 2022-м он составил 2,42 триллиона тенге, то в 2025-м – 3,07 триллиона. Рост в 1,27 раза. Тогда как, например, в соседней Туркестанской области за этот же временной отрезок произошло увеличение в 1,44, а в целом по Казахстану – в 1,54 раза. Если в первый год пребывания Налибаева на должности главы региона доля низовий Сырдарьи в общереспубликанском объеме ВРП была равна 2,3 процента, то в последний (2025-й) она упала до 1,9 процента – при том, что там проживает более четырех процентов от общей численности населения страны. Впрочем, есть объективная причина – сокращение ежегодной добычи нефти за рассматриваемый период с 4-х до 3-х миллионов тонн вследствие истощения месторождений. И хотя вклад этой отрасли в ВРП региона относительно скромен (около 15 процентов в прошлом году), данное обстоятельство нельзя не учитывать.
Как несомненное достижение теперь уже бывшего акима Кызылординской области многие комментаторы отмечали существенное увеличение объема привлеченных инвестиций – в прошлом году он достиг 774,5 миллиарда тенге. Да и вообще за Налибаевым закрепилась репутация человека, умеющего лучше, чем многие другие главы регионов, «выбивать» деньги – и из государственной казны, и из тех, кто обладает солидным частным капиталом.
Например, за последние три года (2023-2026) объем субвенций низовьям Сырдарьи из республиканского бюджета увеличился на 104 миллиарда тенге, или на четверть, доля области в общем объеме финансовой помощи, выделяемой Астаной регионам, возросла с 8,0 до 9,7 процента, и в списке наиболее дотационных, то есть находящихся «на иждивении», она поднялась с третьего места на второе, сместив Жамбылскую. Больше денег от центра получает только Туркестанская. А по размеру субвенций в расчете на каждого жителя (672,2 тысячи тенге) Кызылординская область уверенно занимает 1-е место. Стоит ли радоваться такому лидерству, можно ли считать это достижением?
На что идут «выбиваемые» и привлекаемые финансовые ресурсы? Взять те, которые проходят по статье «инвестиции в основной капитал». Кстати, по их объему Кызылординская область отнюдь не входит в число передовиков. Если считать суммы привлеченных средств на душу населения, что является наиболее объективным критерием, то в прошлом году регион с показателем 915,4 тысячи тенге занял 15-е место в республике, опередив только другие южные области и город Шымкент. А если сравнивать с предыдущим годом, то в низовьях Сырдарьи рост составил 10,6 процента, что меньше, чем в целом по республике (13,0).
Впрочем, вернемся к теме «направленности» инвестиций. Согласно данным Бюро национальной статистики, на севере нашей страны существенный удельный вес в них занимают затраты на приобретение машин и оборудования: например, в Павлодарской области они в прошлом году достигли 53,3 процента от общего объема, в Костанайской – 46,0, в Северо-Казахстанской – 41,3… В целом по республике этот показатель составил почти 30 процентов, тогда как в Кызылординской он оказался вдвое ниже (15,2), а львиная доля пришлась на строительство и капитальный ремонт зданий и сооружений.
Какой из этого можно сделать вывод? А такой, что в низовьях Сырдарьи крайне мало инвестируют в создание производств, для чего и нужно приобретать технологические линии, машины, станки, и соответственно в расширение налогооблагаемой базы (что позволило бы региону меньше зависеть от субвенций из центра), но при этом очень много – в возведение социально-культурных объектов, а также, по всей видимости, в дорожную и прочую инфраструктуру, не задействованную напрямую в производственных процессах.
В пользу этого утверждения говорят и такие факты. В прошлом году инвестиции в обрабатывающую промышленность региона составили лишь 25,9 миллиарда тенге (то есть тридцатую часть привлеченных средств), или всего-навсего 0,9 процента от общереспубликанской суммы вложений в эту сферу. Ниже показатель только в Улытауской области (0,7 процента), но там и население чуть ли не в четыре раза меньше.
При этом (цитата) «с 2022 года в регионе построены и сданы в эксплуатацию 22 новых объекта культуры. Во всех районах открыты «Центры духовности». В главном городе области возведены «Центр искусств», «Анаға тағзым» (центр сохранения национальных ценностей), «Отбасы орталығы» (Дворец бракосочетаний), «Дворец школьников». … Построено новое здание «Дома дружбы», областного историко-краеведческого музея. В последние годы введены в эксплуатацию академия «Сыр жұлдыздары» («Звезды низовий Сырдарьи»), «Школа искусств» и Дворцы школьников в Жалагашском, Жанакорганском и Шиелийском районах».
Добавьте строительство на бюджетные средства футбольного стадиона стоимостью 26,5 миллиарда тенге и спортивного комплекса «Кызылорда-Арена» (6,9 миллиарда), реконструкцию Парка первого президента (14,7 миллиарда), начавшееся недавно возведение нового здания драматического театра. Плюс новый пассажирский терминал аэропорта (25 миллиардов), чье появление стало возможным благодаря уроженцу области олигарху Болату Утемуратову, будущую президентскую библиотеку, в основание здания которой уже заложен камень и которая будет строиться на 20 миллиардов тенге, выделяемые одним из богатейших бизнесменов страны Эдуардом Огаем… И это не полный перечень объектов, которые может занести в свой актив Налибаев.
Наверное, они тоже нужны. Но оправдан ли столь огромный перекос в сторону финансирования тех сфер, которые не связаны с производством материальных благ, не генерируют прибавочную стоимость, не расширяют налогооблагаемую базу, имеют серьезные ограничения в плане создания новых и достойно оплачиваемых рабочих мест? Может, приоритетными для руководства области должны быть вложения в те отрасли (прежде всего, в обрабатывающие), которые способны обеспечить дополнительную занятость, повысить собираемость налогов и доходы населения? В конце концов, именно в этой плоскости лежат базовые потребности любого человека. Будет ли он ощущать удовлетворение от зрелищ и «духовной пищи», если у него нет постоянной работы, не хватает денег на полноценное питание, на крышу над головой?
Применительно к Кызылординской области поставленные выше вопросы особенно актуальны. Скажем, в прошлом году денежные доходы на душу населения составили там 1097 тысяч тенге (около 92-х тысяч в месяц) – почти на треть меньше, чем в целом по стране. С таким показателем она делит среди регионов страны 3-4 места с конца. И это при том, что все работники бюджетных учреждений области получают 30-процентную (а в двух районах из семи – 50-процентную) надбавку к зарплатам согласно Закону «О социальной защите граждан, пострадавших вследствие экологического бедствия в Приаралье», чего нет больше нигде, кроме соседних районов Актюбинской области и, возможно, отдельных территорий Абайской, прилегающих к ядерному полигону.
Еще один красноречивый факт: если в целом по республике за счет пособий социально уязвимым категориям населения формируются 3,5 процента денежных доходов граждан, то в низовьях Сырдарьи – 6,4 процента (больше только в Туркестанской области – 6,6). Выходит, в Кызылординской области доля людей, живущих на грани бедности, почти вдвое выше, чем в среднем по стране? При этом куда больше, чем в других регионах, тратится денег на строительство помпезных объектов, обустройство площадей, скверов, улиц и т.д., то есть на внешние признаки благополучия и преуспевания, что в глазах многих формирует имидж акима как эффективного руководителя. Конечно, не «потемкинские деревни», но что-то близкое к этому.
Существуют разные инструменты измерения социального самочувствия жителей того или региона. Но, думается, нагляднее всего его характеризуют миграционные процессы. Ведь чем лучше положение дел в области или городе, тем меньше людей оттуда уезжает и тем больше приезжает на ПМЖ (и наоборот). Речь идет о сальдо миграции – в данном случае внутристрановой. Так вот, в низовьях Сырдарьи оно с каждым годом всё больше уходит в минусовую зону.
Если в период с 2015-го по 2022-й превышение числа уезжающих над числом приезжающих колебалось в пределах четырех-шести тысяч, иногда увеличиваясь, а иногда сокращаясь (в год назначения Налибаева главой региона оно составило 5.816), то затем наблюдался его неуклонный рост: в 2023-м – 7.152, в 2024-м – 9.898, в 2025-м – 11.913. Более чем двойное увеличение за три года! Если в 2022-м в печальном рейтинге регионов с наибольшим отрицательным сальдо Кызылординская область занимала 5-ю позицию, то в прошлом она была уже 4-й, причем разрыв между ней и идущей 3-й Жетысуйской быстро сокращается.
Показательно, что свыше 40 процентов от общеобластного минусового сальдо приходятся на главный город региона. Да, Кызылорда внешне хорошеет, благоустраивается, обзаводится многочисленными социально-культурными объектами, жилым фондом, но в то же время не может предложить населению достаточно рабочих мест с достойной оплатой труда. Горожане уезжают в основном в Астану, в Алматы и его пригороды. Жители северных районов области, особенно Аральского, перебираются в соседнюю Актюбинскую, немалая часть южан выбирает Туркестанскую. Кстати, нельзя не отметить, что по итогам прошлого года Кызылординская область имела отрицательное миграционное сальдо с 18 из 19 остальных регионов Казахстана.
Так можно ли назвать Нурлыбека Налибаева одним из лучших акимов в стране? Попробуйте сами ответить на этот вопрос.
Автор: Иван Рокотов
