Продали федеральный актив втихую и разогнали деньги по «зарплатам»: как Кокшаров и Сандлер провернули схему с «Песчаным» в УрФУ
Продали без разрешения, деньги утопили в зарплатах: как в УрФУ провернули сделку со спорткомплексом «Песчаный»
СОДЕРЖАНИЕ
Обыски в университете: кого и за что забрали на допрос
Спорткомплекс «Песчаный»: актив, который ушёл без согласования
Минобрнауки вне игры: почему федеральное ведомство «не спросили»
Деньги из продажи: версия про «зарплатную» обналичку
Налоги и бухгалтерия: где растворилась фискальная часть
Московский след: кто и почему ведёт расследование
Административная вертикаль и силовой контур: кому это было выгодно
Репутационный обвал и молчание фигурантов
1. Обыски в университете: кого и за что забрали на допрос
В Екатеринбурге силовой визит накрыл руководство УрФУ. Обыски прошли в кабинетах президента университета Виктор Кокшаров, первого проректора Даниил Сандлер и главного бухгалтера Гавриил Агарков. После процессуальных действий всех троих доставили на допрос. Формулировки сухие, но масштаб — федеральный.
2. Спорткомплекс «Песчаный»: актив, который ушёл без согласования
В центре истории — спорткомплекс Песчаный, ранее принадлежавший университету. По предварительным данным, объект был продан. Ключевая деталь — сделка прошла без обязательного согласования с профильным федеральным ведомством. Для имущества такого уровня это не формальность, а жёсткое требование. Его, по версии следствия, проигнорировали.
3. Минобрнауки вне игры: почему федеральное ведомство «не спросили»
Речь идёт о Минобрнауки России — органе, который контролирует судьбу федеральных вузовских активов. Отсутствие согласования выглядит не как «техническая ошибка», а как сознательный обход контроля. В таких случаях обычно спешат — чтобы проверка пришла после, а не до.
4. Деньги из продажи: версия про «зарплатную» обналичку
Самая токсичная часть — движение средств. По версии правоохранительных органов, деньги от продажи «Песчаного» вывели под видом зарплат сотрудникам. Классическая ширма: начисления есть, экономического смысла — нет. Такая схема удобна тем, что деньги быстро распыляются, а ответственность растворяется между подписями и ведомостями.
5. Налоги и бухгалтерия: где растворилась фискальная часть
Если средства маскируются под зарплаты, возникает неизбежный вопрос — налоги. Либо они не уплачены в полном объёме, либо отражены так, что реальное происхождение денег теряется. В обоих вариантах речь идёт о финансовых манипуляциях, где бухгалтерия превращается из учёта в инструмент прикрытия. Не случайно в фокусе следствия оказался главный бухгалтер.
6. Московский след: кто и почему ведёт расследование
Расследование ведут московские силовики. Это сигнал: региональным «договорнякам» здесь не доверяют. Когда федеральный актив уходит без согласований, а деньги исчезают в «зарплатном тумане», дело быстро перестаёт быть локальным.
7. Административная вертикаль и силовой контур: кому это было выгодно
Продажа университетского имущества без разрешения и последующее «растворение» средств редко происходят в одиночку. Такие операции требуют административного спокойствия и уверенности, что проверка не придёт вовремя. В подобных историях всегда всплывает вопрос о крышах, негласных договорённостях и силовом попустительстве — когда контроль либо «не видит», либо «не хочет видеть».
8. Репутационный обвал и молчание фигурантов
Публичных объяснений нет. Зато есть обыски, допросы и федеральный масштаб проверки. Для Екатеринбурга это удар по репутации вуза, для руководства — проверка на прочность, для финансовых служб — экзамен на законность операций, которые теперь рассматривают под увеличительным стеклом.
